О Сайте Об Агентстве Услуги предприятиям отрасли

Виражи "Черной акулы"

В декабре 2000 года на аэродром Северный, что в пригороде Грозного, прибыли три самых современных боевых вертолета, находящиеся в боевом строю российской армейской авиации

В декабре 2000 года на аэродром Северный, что в пригороде Грозного, прибыли три самых современных боевых вертолета, находящиеся в боевом строю российской армейской авиации. Один за другим на заснеженную взлетно-посадочную полосу совершили посадку два боевых ударных вертолета Ка-50, уже успевшие получить известность под названием "Черная акула" и Ка-29.

В их экипажи были включены, без сомнения, едва ли не лучшие русские боевые вертолетчики из Центра боевого применения, понимавшие друг друга в полете, как говорится, по щелчкам радио. Им, а также техническим специалистам вертолетостроительной фирмы "Камов", в том числе и ее шеф-пилоту Александру Папаю, в течение нескольких недель предстояло выполнить полеты на предельных режимах в реальных боевых условиях.

Перед группой военных вертолетчиков, которую возглавлял заслуженный военный летчик РФ Герой России полковник Александр Рудых, стояла непростая задача. Офицеры в сложнейших условиях контртеррористической операции на Северном Кавказе должны были, что называется, вживую проверить надежность и эффективность недавно разработанных образцов вооружения, а также удостовериться в том, как работает новейшая аппаратура в горах, насколько, в частности, устойчиво происходит передача данных с одного борта на другой с учетом радиолокационных помех - так называемого горного эффекта. В группу входили летчики Центра боевого применения, имевшие уже боевой опыт, в том числе и в Афганистане. Экипажи состояли из Заслуженных летчиков России и слетанность группы позволяла порой действовать без радиообмена.

Не прошло и нескольких часов после прибытия в Чечню "Черных акул", как офицеры приступили к облету районов, где в ближайшие недели им предстояло испытывать новую боевую технику. В первые же минуты после взлета, оказавшись в одном из горных районов на юге Чеченской Республики, который еще не был полностью очищен от бандитов, они начали "выжимать" из вертолетов все, на что способны эти боевые машины. Посмотрев в течение полутора часов на то, как "Черные акулы" "прыгают" в горные ущелья и маневрируют так, словно правила аэродинамики существуют не для них, командир вертолетного полка полковник Александр Максимов, офицеры которого, как изначально предполагалось, на вертолетах

Ми-24 будут обеспечивать огневое прикрытие "Черных акул", едва ли не сразу же после приземления винтокрылых машин на аэродроме хоть и с видимым уважением, но, тем не менее, безапелляционно констатировал:

- Прикрытие "Черных акул" становится для нас большой проблемой, угнаться за вами очень сложно, экипажи с вами не слетаны. Может сопровождать себя сами будете, технику дам.

Опытный военный вертолетчик, прошедший не одну боевую командировку и знавший многих из прилетевших в Чечню офицеров еще с курсантских лет в Сызранском военном училище, полковник Александр Максимов, пожалуй, наиболее точно и достаточно лаконично сформулировал самую суть разработанного камовцами еще четверть века назад боевого ударного вертолета. Его возможности настолько широки, что предугадать маневр, который предпримет пилот "Черной акулы" в следующее мгновение, без специальной дополнительной подготовки экипажи вертолетов, которые должны действовать в прикрытии, вряд ли смогут.

Так или иначе, но уже с первого дня пребывания в Чечне боевая нагрузка на пилотов "Черных акул" сразу после заправки значительно увеличилась. Полковнику Александру Рудых и его летчикам, едва шасси их "Черных акул" касались бетонки после завершения очередного вылета, практически сразу же приходилось пересаживаться в кабины Ми-24. Они вновь оказывались в небе, но теперь уже для того, чтобы своим боевым опытом, а если потребуется, то и всей имевшейся в их распоряжении огневой мощью обеспечить безопасность пары "Черных акул", в кабинах которых они сами находились лишь несколько минут назад. В течение двух месяцев было два-три вылета в день, которые начинались с рассветом и заканчивались подчас затемно, считались нормой как для самого полковника Александра Рудых, так и для офицеров его группы. Впрочем столь высокая интенсивность боевой деятельности пилотов если и сказалась на качестве их работы, то не в худшую сторону. Группа боевых вертолетов - как правило, экипажи двух Ми-24 в качестве прикрытия и пара Ка-50 выполняли боевые задачи одновременно - регулярно на протяжении двух зимних месяцев появлялась в небе Чечни. Действуя над горами и в ущельях, пилоты каждым очередным вылетом подтверждали уникальные характеристики и небывалые возможности столь необходимых Российской армии вертолетов.

Командование Объединенной группировки войск и сил на Северном Кавказе также использовало пребывание уникальной вертолетной группы в зоне проведения контртеррористической операции и боевое мастерство опытнейших вертолетчиков, что называется, сполна.

Практически ежедневно пилотам "Черных акул", базировавшимся в пригороде Грозного, давали все новые цели, установленные как агентурной, так и инструментальной разведкой. Сегодня, по прошествии нескольких лет после того, как состоялось первое боевое применение уникальных вертолетов против незаконных вооруженных формирований на Северном Кавказе, с полной уверенностью можно утверждать: благодаря высочайшему профессиональному мастерству пилотов вертолетной группы был не только нанесен значительный урон бандитскому подполью в Чечне, уничтожены замаскированные базы боевиков, их схроны с оружием, боеприпасами, продовольствием и амуницией, но и тем самым сохранены жизнь и здоровье десятков военнослужащих.

За месяцы ведения боевых действий в условиях горной Чечни, по мере того как военнослужащие армии и Внутренних войск МВД России планомерно уничтожали одну бандгруппу за другой, оттесняя вооруженных преступников на юг республики, некоторый опыт, позволявший в большей или меньшей степени успешно маскироваться и избегать прямого соприкосновения с войсками, появился и у террористов. Например, вертолетчики все чаще сталкивались с одной и той же проблемой - даже обнаруженные разведывательными подразделениями места стоянок бандитских групп, их базы или схроны перед уничтожением необходимо было доразведывать. Как правило, координаты, которые получали вертолетчики перед боевым вылетом, целями в полном смысле этого термина назвать было сложно - саму цель еще нужно было, как говорится, "донайти". Наши офицеры и солдаты вынудили чеченских бандитов стать мастерами маскировки. По свидетельству опытных летчиков, даже на расстоянии сотен метров от указанной цели, находясь в кабине вертолета и двигаясь, скажем, вдоль склона горного ущелья, сразу заметить схрон, оборудованную позицию или блиндаж было практически невозможно. Безусловно, с одной стороны, этому мешала скорость боевой машины. С другой же, едва боевым пилотам зимой стоило заметить, например, дымок от костра, а бандитам услышать рокот двигателя приближавшегося вертолета, как огонь они успевали потушить, а кострище за считаные мгновения накрыть белым полотнищем, которое одновременно позволяло бандитам замаскироваться, спрятать оружие, а бывало, и тягловых животных - ослов, ишаков и даже лошадей.

- Случалось, пройдешь едва ли не над самым схроном или местом стоянки небольшой группы боевиков и с первого захода ничего особенного не увидишь - порой не сразу обнаружишь даже следы, - рассказывает о специфических тонкостях поиска бандформирований на территории Чечни полковник Александр Рудых.

Преимущества "Черных акул" стали очевидными едва ли не с первых же дней боевых испытаний этих вертолетов.

Действуя в условиях высокогорья, пилотам боевых машин раз за разом приходилось "сваливаться" с заоблачных высот, опускаясь едва ли не на самое дно ущелий - именно там, как сообщала разведка, и находились цели, которые по зубам оказывались лишь "Черным акулам". Вслед за резко нырявшими между горными хребтами и вершинами вертолетами до высот ста пятидесяти - двухсот метров снижались и прикрывавшие их Ми-24. Подчас, едва успев обработать склон огнем, пилоты экипажей сопровождения могли видеть, как "Черная акула", казалось, только что юркнув на дно ущелья, уже успешно отстрелявшись, подобно теннисному мячику вновь взмывала вверх. "Двадцатьчетверки", несмотря на их многие боевые достоинства, для таких маневров оказывались тяжеловаты.

Так, например, случилось и накануне Рождества 2001 года, когда "Черная акула" действовала под прикрытием Ми-24 недалеко от села Комсомольское. К слову, именно там в свое время прорывался со своей бандой из окружения известный бандит Гелаев.

Группа вертолетов появилась в окрестностях населенного пункта не просто так: по сведениям войсковой разведки, в этом районе террористами был оборудован замаскированный склад, где они прятали несколько десятков единиц автоматического оружия, в том числе пулеметы и гранатометы, а также большое количество боеприпасов и взрывчатки.

Несмотря на то, что до полудня оставалось еще более полутора часов, для летчика-исследователя

Ка-50 Анатолия Егорова и полковника Александра Рудых, обеспечивавшего безопасность полета "Черной акулы" за штурвалом "двадцатьчетверки", это был уже второй вылет в течение суток - ранним утром они успели "сходить" в район Бамута. По счастливому стечению обстоятельств ни во время первого вылета, ни в течение второго боевикам так и не представилась возможность открыть огонь по вертолетам. Экипажи, в свою очередь, едва ли не заглядывая за каждый валун на склонах ущелья, продолжали искать склад боеприпасов, о котором располагали лишь отрывочными сведениями.

Опустившись и прижавшись к склонам узкого ущелья и на внушительной скорости повторяя вертолетом все его природные изгибы, Анатолий Егоров, пилотировавший "Черную акулу", при первом заходе "проскочил" цель, за которой охотились вертолетчики. Полковнику Александру Рудых повезло больше - боковым зрением он увидел неприметную кошару, а также скрытую высоким кустарником коновязь. Примерно в полусотне метров от постройки офицеру удалось заприметить характерный ориентир, указанный разведчиками. Вертолетчики поняли, что обнаружили цель, однако даже совместить элементы прицела они не успели - в считаные секунды небольшая кошара, мелькнув перед глазами, осталась далеко позади. Впрочем, этот скоростной "пролет" - дело прогнозируемое и поправимое. Резко набрав высоту и развернувшись, вертолетчики вновь направились к месту, где бандиты ждали их меньше всего.

Первым огневой удар по цели нанес пилот "Черной акулы". Ему хватило одного залпа - обломки крыши приземистого, едва различимого на горном склоне домика разметало во все стороны на несколько десятков метров. И практически сразу же, словно обгоняя ветер, "Черная акула" оказалась в стороне от эпицентра разрывов только что выпущенных ракет.

Во время боевого захода Анатолия Егорова не выпускал из прицела кошару и полковник Александр Рудых. Отчетливо видя прямое попадание и последовавший затем маневр экспериментального вертолета, офицер прикрыл его отход огнем. Едва "Черная акула" вышла из зоны поражения, как огневой удар нанесла "двадцатьчетверка" - точно по коновязи. Для большей эффективности в дело пошли неуправляемые ракеты с детонирующими головками. Сразу же после первого залпа полковник Александр Рудых отчетливо увидел разрывы именно там, где им и надлежало быть.

Второй залп, сделанный через доли секунды, достиг цели, ради которой и совершался боевой вылет. Выпущенные экипажем "двадцатьчетверки" ракеты попали точно в склад со взрывчаткой и боеприпасами. Мгновений хватило для того, чтобы десятки смертоносных килограммов сдетонировали. Дым, пламя, доски, осколки камней и пыль, направляемые к тому же склонами узкого ущелья, моментально оказались, как выражаются вертолетчики, "выше полета".

На какой-то миг полковник Александр Рудых, вертолет которого оказался в эпицентре мощнейшего взрыва, потерял ориентировку. Пилот сразу же рванул ручки управления на себя - Ми-24 с трудом выходил из-под града обломков, выдерживая десятки мощнейших ударов по лопастям, фюзеляжу и внешнему оборудованию.

Взрыв, который сотряс горное ущелье недалеко от селения Грушевое в результате вертолетного удара, оказался неожиданно мощным. Удалось ли пилоту сохранить "Черную акулу", сумел ли Анатолий Егоров выскочить из этого ада - вот первые мысли, которые пронеслись в голове командира группы в те секунды. И словно услышав эти немые вопросы командира экипажа, летчик-оператор как нельзя вовремя доложил:

- Командир, он справа и выше нас, не переживайте...

Чуть позже, детально разбирая завершившийся вылет уже на аэродроме Северный, Анатолий Егоров шаг за шагом восстановит последовательность совершенных им маневров. Заходя для нанесения очередного удара, пилот "Черной акулы" резко спикировал и разогнал вертолет. Но едва прогремел взрыв, он, что называется, хватанул ручку управления на себя, стремясь вывести вертолет из зоны поражения. Несмотря на запредельные перегрузки, "Черная акула" стремительно взлетела вверх. Вариометр бесстрастно зафиксировал вертикальную скорость вертолета в те секунды - за тридцать метров в секунду, что, к слову, является обычным делом, но только для истребителей. Оказавшись над эпицентром взрыва, пилот "Черной акулы" уже сверху наблюдал за тем, как внизу "выгребает" "двадцатьчетверка".

Едва пара вертолетов вышла из ущелья, Анатолию Егорову удалось, не снижая скорость полета, приблизиться к Ми-24. И сразу же в наушниках полковника Александра Рудых раздался голос коллеги:

- Тросовая антенна радиокомпаса у вас перебита - прижата воздушным потоком, волочится за стабилизатором... Поврежден винт...

Впрочем, полковник Александр Рудых об этом и сам знал: на протяжении всего полета, пока вертолет "тянул" до Северного, командир экипажа отчетливо слышал характерное посвистывание при таком поврежении и чувствовал вибрации.

(Продолжение следует.)...
Авторские права на данный материал принадлежат «Красная звезда». Цель включения данного материала в дайджест - сбор максимального количества публикаций в СМИ и сообщений компаний по авиационной тематике. Агентство «АвиаПорт» не гарантирует достоверность, точность, полноту и качество данного материала.

Загрузка