Общеполитическая дискуссия.

Тема: Общеполитическая дискуссия.

21.05.2014 Engineer_2010 пишет:
Сообщить модератору
Ссылка на это сообщение
 


21.05.2014 1:25 Игорь Стрелков: враг начал пристрелку центра города
по итогам 20 мая 2014 г.

«Ситуация под Славянском продолжает стабильно ухудшаться.
Утром укропы начали обстрел южной окраины первыми — в 4.40 открыли огонь из гаубиц. В 4.50 наша „нона“ начала отвечать. В результате дуэли у кров подбита 1 САУ, у нас при отходе (укры „провожали“ технику огнем и в городе) трое бойцов легко ранены шрапнелью (остались в строю).

Днем обстреляли из минометов (20 мин) пост на повороте к Красному Лиману. Неудачно. Примерно до 15 часов было затишье.

Потом укры полезли (типа в атаку) между Семеновкой и Высокоивановкой — до 30 человек при поддержке БТР начали обстреливать блокпост в этом районе и продвигаться вперед. Издали их поддерживала огнем 1 БМП. Атаку отбили, БТР укров получил повреждения и, дымя, уполз обратно по дамбе на север. Со слов местных жителей, далеко не уполз — сгорел до тла (но уже вне зоны нашей видимости). У укров есть как минимум несколько раненых. У нас ранен пулей навылет в руку один боец.

Как только смеркалось — начались обстрелы Семеновки. Сначала ее обработало БМП со стороны блокпоста на Красный Лиман, потом гаубицы. В блокпост, конечно, не попали, зато по домам получилось. Один жилой дом получил несколько прямых попаданий 30-мм снарядами и сгорел. Семья осталась без жилья. Слава Богу, никто не пострадал. Собственно, беспокоящий обстрел Семеновки продолжается и сейчас — по снаряду в полчаса.

Около 23 часов укры начали пристрелку центра города — пока только болванками. Три снаряда ударили в районе Исполкома. Одна из болванок застряла в балконе жилого дома. Эдакий „намек“ для мирного населения, которое все никак не может поверить, что противник будет громить густонаселенные городские кварталы. Надеюсь, намек будет понят, а то, не смотря на мои неоднократные заявления, люди не хотят покидать Славянск, более того — тут полным-полно стариков и детей.

Сегодня над городом на низкой высокте дважды прошел Су-27. Тоже намек понятный.

На Карачун приползла очередная колонна с артиллерией и (предположительно) с двумя тяжелыми ракетными установками (сильно зачехлены и очень сильно охранялись). Судя по описанию, данному далекими от военного дела очевидцами, привезли что-то похоже на РСЗО „Смерч“. Не понимаю, правда, — на хрена так близко такую дальнойбойную и дорогую технику тащить? Поэтому не уверен. Но ведь, наверное, они штурмом одного Славянска ограничиваться не собираются… Опять же — это же укры… у них своя логика, кацапам недоступная.

А так в целом на Карачун приползло около 40 машин сегодня. Как раз примерно по одной на каждого из моих пришедших сегодня „свежих“ добровольцев. Ну и в другие места порядком брони и всякой другой техники пришло.

Население постепенно начинает приходить к невеселым мыслям. В то, что их совсем „кинул“ ВВП — пока никто особо не верит. Но в то, что для того, чтобы Россия вмешалась — их родные дома, сады и огороды придется обязательно превратить в руины и пепелище — в это верят уже многие. Не скажу, что людей данная перспектива сильно радует. Скорее наоборот. Тем не менее, у меня в резерве несколько сотен местных добровольцев, которые пока не готовы полностью встать в строй (работают и т. п.), но готовые прийти сразу, как только начнется атака. Бежать никто не собирается».
...

21.05.2014 Антипов Владимир пишет:
Сообщить модератору
Ссылка на это сообщение
 

Не не дали.))))
А если серьезно говорить то получается следующая картина:
1. Нынешняя укропская власть нужна лишь для того, чтобы организовать проведение выборов 25 мая, не допустить расширения контроля со стороны руководства ДНР и ЛНР на территории своих областей.
Так называемые бессмысленные атаки на Краматорск и Славянск, по сути не являются такими и уж бессмысленными.
Они позволяют блокировать немногочисленные силы ополчения в этих городах и не дают им устанавливать свой контроль в других населенных пунктах.
Кроме того есть еще одно преимущество такой тактики. Мирные жители долго находиться на положении заложников долго вряд ли смогут.
недовольство будет расти. А это укропам на руку. Не надо забывать, что укропская армия тоже получает боевой опыт и противостоять ей ополченцам все сложнее.
Разногласия в руководстве ДНР по некоторым важным вопросам, которые все сложнее скрывать, неоднозначно воспринимаемая многими в Донецке фигура Пушилина, невнятная роль во всех происходящих процессах хитрой лисы Царева, который как черт из табакерки то появляется то исчезает с Донецка и всплывает где то в России, потом опять исчезает.( а чо, круговорот воды в природе).
Фактор Ахметки очень и очень опасный. именно Ахметка используя различные способы, начнет разваливать ДНР изнутри.
А у Пушилина пока одни декларации и воззвания. Губарев, так называемый "народный губернатор" в своих публичных выступлениях непонятно что несет.
Кстати время сейчас работает на укропов.

21.05.2014 Denik пишет:
Сообщить модератору
Ссылка на это сообщение
 

Не сильно я и ошибся с ПЗРК. ТПК - польского изготовления. Скорее всего трофей в российско - грузинской войне. Но Пусковой механизм 9П516 советского или российского производства, с номером 0000 ).

21.05.2014 Super100 пишет:
Сообщить модератору
Ссылка на это сообщение
 

Не сильно я и ошибся с ПЗРК.
===

"и не выиграл, а проиграл, и не в покер, а в преферанс"

21.05.2014 asp пишет:
Сообщить модератору
Ссылка на это сообщение
 

09:15 Denik пишет:
Сообщить модератору
Ссылка на это сообщение


Не сильно я и ошибся с ПЗРК. ТПК - польского изготовления. Скорее всего трофей в российско - грузинской войне. Но Пусковой механизм 9П516 советского или российского производства, с номером 0000 ).
==============
Убогие укры даже муляж для провокации не смогли годный изготовить. Куда катится мир....

21.05.2014 andrey_che пишет:
Сообщить модератору
Ссылка на это сообщение
 

".....................
- Страшно рассказывать, - говорит человек с забинтованными руками, - потому что слухи ходят. Наши говорят, что «Правый сектор» по больницам выцепляет людей и за несколько дней уже несколько человек убили. Здесь, в Одессе.
- Но вы точно не знаете?
- Я не знаю, но опасаюсь.
Он некоторое время молчит, теребит бинт от повязки.
- Я опасаюсь. Но и молчать не могу. Потому что эти люди, что погибли... Нельзя так. Это надо, чтоб знали люди. Чтобы это не повторилось никогда. Потому что в мирном городе, в Одессе! В городе юмора и хорошего настроения, в солнечном таком городе - и чтобы это все подвести под несчастный случай и забыть? То это сто процентов повторится в будущем!
Рядом останавливается машина. Водитель не глушит мотор. Он просто ждет, когда сторож откроет ворота и пропустит их внутрь. Но тот, кто привел меня сюда, каменеет и впивается в него взглядом.
- В этот день я у себя дома был, - говорит человек с забинтованными руками. - По телевизору увидел, что на Греческой, на Дерибасовской происходят такие вещи. И так как я ходил на все митинги, поддерживал движение наше «Куликово поле»... поехал туда. Я где-то с пол-четвертого там был. Там было человек триста. Дети, женщины, старики, средний возраст, молодежь. Лагерь за день до того разделился. Большую часть боеспособных мужчин перевели на 411-ю батарею (за городом - РР). Мы считаем это предательством, да ну ладно... Это губернатор Немировский решил разделить и погасить наше движение. На поле фактически 2-го мая остался один информационный центр. Сцена и несколько палаток. Человек 15, которые обслуживали эти палатки. И люди, которые 2-го мая, как обычно, пришли нас поддержать...
- А что это за движение?
- Ну, понимаете, это движение включает в себя многие течения. Процентов десять - это люди, которые хотели присоединения к России. Но основная часть – за широчайшую федерализацию, русский язык - второй государственный. Были, конечно, и радикалы, у нас молодежь… В любом движении есть радикалы. Это мирное движение было. У нас никогда не было оружия. Ну палки, щиты — это для защиты. Никогда не было такого, как на востоке. Движение одесситов всех возрастов. Не так, как на Майдане, молодежь зомбированная, и то не их, а те, что приехали учиться с западноукраинских областей.
- Что вы там делали с половины четвертого?
- Мы строили баррикаду, аж на пол-поля Куликова. Наших двести человек отправились на Греческую, чтобы остановить этих «ультрас». Потому что они шли на Куликово поле сжигать наш палаточный городок... Когда мы увидели, что такая лавина сунет, крики воинствующие: «Смерть ворогам! Украина под-над усе!» - то мы начали говорить: «Женщины, старики, уходите отсюда, детей забирайте!» Так именно женщины «не уйдем» сказали. Да, именно женщины стояли на такой позиции, что это наш город, мы не уйдем. Понимаете. Мужики, немногие, но были такие, что разворачивались, уходили. А женщины оставались. Вот что меня потрясло...
На глаза набегают слезы, и он растерянно моргает.
- Ну, мы ж не могли их бросить... Потом, когда эти побежали, уже убегать было бесполезно. Потому что догонят — и... Они ж там с мачете шли, с такими тесаками. С битами с железными, с цепями...
- Вы видели это своими глазами?
- Конечно! Они ж нас, сунет такая толпа, сунет по всему полю. Разъяренная, как лавина! Идет, идет! Движется на нас. Это страшно. Развернуться побежать – там эти дети, старики не убежали бы уже. Их бы там порубили. Мы уже сгорали, выпрыгивали — они добивали. Ну уже тогда куда спасаться? Ну сюда.
Мы выбили двери в дом профсоюзов... зашли туда, со всеми. Для чего мы туда зашли? Чтоб спастися! Сначала еще маленькую баррикадку прямо перед входом построили, быстренько, пока они там бежали, чтобы чуть-чуть задержать, пока остальные уйдут... да...
Мы же как думали? Закроемся внутри. Придет милиция, оцепит нас, сделает коридор, выведет — и все, мы спасемся. Мы ж не думали там погибать, сгорать. Понимаете. Мы ж не самоубийцы...
В его голос закрадывается сомнение, как будто он спрашивает, не утверждая. И вправду, может ли быть так, что самоубийцы они. И он говорит тише.
- За минут 5-7 до этого наша группа человек из 30-40 прорвалась к нам с Греческой. Они побитые пришли, поломанные, девочки, мальчики. Среди них были и 16, и 19-20, до 25 лет. И они зашли с нами внутрь, эти ребята. Много из них погибло.
- Сколько человек вошло?
- Где-то от 300 до 400 человек. Люди рассачивались по всему зданию. Кто шел вверх, кто в бока, кто в кабинеты, кто двери ломал. Часть людей, и я в том числе, остались на баррикадке перед входом. Нас три человека с правой стороны с деревянными щитами, по нас кидали, мы отбивались. И с левой стороны человека четыре, со щитами тоже деревянными, тоже отбивались. Они с двух сторон в нас кидали камни.
- Когда вы вбежали внутрь, что вы увидели?
- Я зашел — в фойе было около тридцати человек. Света не было. Было примерно полседьмого, видно было и так. Мы с товарищем зашли последние, самые левые двери закрывали. Закрыли, палку воттакующую! - засунули внутрь, и начали офисную мебель под двери сувать. Из кабинетов, из прихожей, з вестибюля. Банковские аппараты, банкоматы...
- Была паника?
- Люди бегали, конечно, а как же! Бегали, сносили все туда. Главное у нас было, у этих тридцати человек, - чтобы не ворвались внутрь, не порубили там людей. Мы баррикадировали двери. Мы выбивали двери в кабинеты, с кабинетов вытаскивали компьютеры, пластиковые стулья, металлические сейфы. Кидали туда. Там, где мы забаррикадировали, они так и не вошли...
Пока мы баррикадировали, другие люди поднимались. Часть на крышу поднялась, часть — на пятый.
- Кто поднялся на крышу, все выжили?
- Не все. Часть тех, кто пошли на крышу, попали сразу на крышу. А часть попали сразу в тупик и там задохнулись…
- Один человек наш, он погиб, Саша Кононов, православный, до 45 лет, у него крест большой, так он стоял молился на первом этаже, чтобы мы спаслися все. «Господи, спаси наших всех людей, чтобы они вышли отсюда!» Громко молился, все слышали. Он погиб.
А потом, когда первые коктейли посыпались, мы хотели их тушить. Потому что оно ж загорается, все, что мы накидали, дым идет! Но их столько начало сыпаться! Баррикаду они уже прошли и прямо в окна в разбитые кидали эти бутылки с зажигательной смесью. Там все так быстро начало гореть, что первый этаж, ну я не знаю... - он тяжело и бессильно втягивает в себя воздух, - н-ну полторы минуты-две - и он заполнился вот аж до колен черным дымом.
Начинаешь этим дышать, начинаешь задыхаться. Воздух горячий поднимается. Когда вот так еще было, - он перерубает рукой свое тело пополам и наклоняется под проведенной чертой, - мы еще вот так, - и делает свистящий вдох, - дышали! А потом когда уже опустился сюда, - он гнется ниже и прикасатся бинтами к коленям, - уже нельзя, нечем дышать. Мы тогда... кто-то крикнул: «Убегаем, а то щас задохнемся!»
Эта смесь, она так быстро загорается, - он говорит удивленно, без страха, без гнева, - она так быстро дает... и вот эта лестница, что идет вверх, там же наши и с других этажей мебель волокли и кидали, и весь этот створ как загорелся!
Мы уже стали на лестницу выходить, и начались выстрелы из пистолета.
- Откуда?
- Снаружи. Через двери. Они деревянные, с филенками стеклянными, и туда начали стрелять. По рикошетам понятно - потому что оно ж попадало в железные сейфы и так искрило, и уже кто-то говорит: «Тикаем, а то нас тут еще и постреляют». Не задохнемся, так убьют. Мы только поднимались на лестницу второго.
- А у вас были люди с оружием?
- У нас не было. Хм!

- И к вам не забежали какие-нибудь другие люди с оружием, не ваши?
- Та не было! Ну мы же... на моих глазах все забегали.
- Но говорят, что с вашей стороны тоже кидали коктейли молотова, или что с вашей стороны тоже стреляли.
- Откуда? С чего мы стреляли? С рогаток? - от волнения он сильнее упирает на украинскую «гэ». - Вы поймите, это ад. Огонь, вот этот угарный газ от продуктов горения. Там не то что стрелять, там только о жи-и-изни своей думаешь. Даже если б было, с чего там стрелять! — там мгновенно вот этот столб поднялся на второй-третий-четвертый — вот так все поднялось вверх! Я вот... побежали мы сначала на второй этаж. На втором этаже увидел возле выбитого окна, на лестничной площадке...
- Тише, сторож слушает, - оберегает его товарищ.
- Ну и что! - отмахивается он. - На лестничной площадке второго этажа выбитое окно, да? - уже стоит человек пять-шесть, пытаются выпрыгнуть. Я пошел дальше, не будешь же людей отталкивать. На третьем меньше, там два или три человека стояло. Я еще подбежал, глотнул два глотка воздуха, потому что уже не было чем дышать, и посмотрел (вниз)— высоко.
Это сталинка, пятнадцать метров где-то третий этаж, в хрущовке это четвертый, почти пятый. Страшно. Попробовал вниз пойти — там уже стена огня, обжег руки, лицо.
Думаю, побегу наверх, может, еще не дошел огонь туда, и может, еще можно на крышу выбраться? Но вот подходя к четвертому этажу - я потерял ориентацию. Столб огня, везде черно, клубы дыма. Потерялся, думаю, куда бежать? Вправо, влево? Страх, что не знаешь, куда бежать, понимаете! Куда спастися, куда! Как мышь в банке, где нету ни воздуха и ничего не можешь сделать. Мечешься так, шо не знаешь!
И нечем дышать, и чувствую, погибаю: все, уже теряю сознание. И тогда, как Бог подсказал: вправо. Меня Бог три раза спас в тот день. Побежал вправо, выбегаю на открытое окно третьего этажа, там где я раньше был, но хотел вверх подняться. Справа стоял один человек. Несколько уже выпрыгнуло: там лежали, поднизом. И я вот встал...
- Внизу лежали те, кто выпрыгнул и разбился?
- Разбился! Они лежали без сознания, наши люди. Не знаю, выжили, не выжили.
- И вы решили все равно прыгать?
- А что делать? Сгорать? Огонь вот так прям подходил! Второй этаж вообще, как мне потом рассказали, расплавленный был страшно. Но третий тоже горел прилично. Я встал... вот окно выбитое, проем оконный. Я встал этой ногой с этой стороны, а там на лестничной площадке два окна, - он поворачивается лицом к решетке ограждения и тянется левой ногой к невидимому проему окна. - Встал с внешней стороны, крестом, и так держался. Лицом к стене, прижавшись к штукатурке, спиной к этим уродам, на улицу. Где-то минуту я так простоял.
- Что думали в этот момент?
- Думал: буду держаться... Вдруг милиция приедет. Держаться, пока смогу. И прыгать страшно – разобьюсь. И внутрь идти – там уже огонь везде, все. Буду стоять до последнего. Но уже огонь начал руки лизать мне, и я тогда эту ногу снял, сюда вот так перенес…
Прижавшись к воротам больницы, он осторожно отрывает от земли правую ногу и переносит ее к левой, разворачивается, согнув спину, будто боится сорваться.
- Вот так повернулся, и вот так туда прыгнул, наискосок. И удачно прыгнул, слава Богу! Со второго люди прыгали - позвоночник, кости таза, руки, ноги, ребра ломали. У меня - тьфу-тьфу-тьфу.
- Вы сразу поняли, что не пострадали?
- Я понял, что что-то с ногой. Головой ударился, моментально меня залило кровью. Мало что ожог, потом сверху кровь — я думал, что у меня глаза выгорели. Все красное. Эти звери стоят там, с палками, с цепями, снимают на телефоны, кричат: «Смерть!» К ним ползти – убьют. А я вижу: подвальчик, вроде двери открыты. Я хотел в подвальчик заползти… И кто-то подбежал ко мне, пока я полз туда, кто-то меня, раз, перевернул, и с камнем стоит надо мной: хотел добить. Второй говорит: это не трогай, это мой. Ну, первый меня отпустил. Второй взял под руки и поволок. К скорой помощи, там скорые подъезжали.
- То есть он так сказал, чтобы спасти вас?
- Да. Волок и говорит, вот запомни, тебя бандеровец спасает. Я бандеровец. На прекрасном русском языке. У меня глаза в крови, лицо обгоревшее, жжет все, печет, у меня шок такой. Я не видел его лица. По голосу — молодой голос, 25-30 лет. «Вот запомни, говорит, тебя бандеровец спас. Будешь всю жизнь обязан». Я говорю, ребята, что ж вы делаете, мы же славяне. Друг друга, говорю, вот так жечь, живьем — это ж как так можно? «Вот запомни, - говорит, - мой прадед Берлин брал. А я бандеровец и горжусь этим». Так мне и сказал. Запомни, говорит, ты мне будешь жизнью обязан. Так меня до скорой доволок.
- Пожарные уже подъезжали?
- Только скорая. И то, скорую мы еще ждали. Он меня долго тащил по земле. Наверное, в сквер. Схватил меня за вот эту мою мастерку... Я пробовал встать, он: не шевелись, я тебя так дотащу! Дотащил, потом кинул: лежи! И еще какое-то время он надо мной стоял, говорил со мной. Не было машины, наверное. Говорит: «Шо, глаза у тебя сгорели?» Я говорю: «Наверное!» Я кричал, потому что обожжен, потому что шок. Дайте водки, говорю, чтобы я от шока не умер, у вас же, наверно, есть. Это же «ультрасы», они там подогреваются, я думал, есть там шо-то. «О, алкоголик, типа!» - «Я, говорю, вообще не пьющий, спортсмен, говорю, от шока умру. Зачем спасал, если я тут кони двину от шока!» - «Нету водки!» - говорит.
Он замолкает. Вдалеке тихо шумят машины, как бывает только на маленькой улочке летним вечером. Сторож открыл окно в больничный двор и благостно замер. Человек с измученным лицом напряженно всматривается в него сквозь ветви елей. Ему кажется, что сторож прислушался. Но сторож не слушает, он просто открыл окно во двор.
- Ну вот дождались, потом... уже меня везли... вот такие дела... Ну то что вот... что это фашизм... уже на улицах наших. Уже убивают людей... - он через силу втягивает в себя легкий вечерний воздух. - Если даже допустить, что это получилось не специально, а случайно: кинули, и загорелось — так спасайте же людей! Шо же вы их добиваете! Че ж вы добиваете? Одного парня хотели с пятого этажа выкинуть.
- То есть они внутрь попали?
- Это уже когда потушили пожар, когда уже вошли спасатели и пожарники, вместе с ними зашли туда большинство из этих, правосеков. И они мародерствовали там, добивали людей... Кому-то не повезло, как мне, не оказался кто-то рядом, не защитил, как меня защитили. Тех добили. Даже вот этого хотели с пятого этажа скинуть. Но он большой такой, под два метра ростом, мой товарищ, его так одному не скинуть. А второй отказался помогать, поэтому и его не скинули... Были, рассказывают мне товарищи, внутри люди наши, погибшие, с огнестрельным ранением, которых добили выстрелами, когда туда ворвались.
А главное, что я вранье увидел на нашим всем каналам. Главное, шо там были одни одесситы, никаких приднестровцев, вот это я утверждаю, и все наши. Мы с этими людьми на митинги приходили, я их в лицо всех их знаю... По всем трем больницам одни одесситы лежат. Списки погибших — одни одесситы. Выложенные в интернет российские паспорта — это подделка. Числа другие, фотографии. Там не было вообще россиян. Был один белорус и два молдаванина на 350-400 человек — это что, присутствие какое-то?
Второе - никакого газа там не было. Людей сожгли, от угарного газа люди умерли. Там пластик горел, офисная техника горела, мы же изнутри забаррикадировали двери, все накидали туда.
- Получается, все это стало ядовитый дым издавать.
- Конечно! Мы хотим, чтобы все знали правду, чтобы это не замолчали, не сказали, что это случайность, что мы сами себя подпалили. Никакого газа там не было, кроме угарного, от того, что нас зажгли. Никто мгновенно не умирал. Надышавшись, люди падали. То что в неестественных позах говорят и так далее — какие это неестественные позы? Я был внутри, у меня включился инстинкт самосохранения, я метался, искал, как бы выжить. А у других, наоборот, включается столбняк. Они просто стоят и не знают, че делать. Вот так стоят и умирают. Я через таких переступал, понимаете.
- Про что думали в этом время?
- Ни про что. Спастись. Спастись. Это ужас такой, что мысли не было. Спастись. Глоток чистого воздуха, - он тяжело, со свистом втягивает в себя воздух.
- Выпрыгнуть. Уйти с этого огня. Жжет. Горит. Лучше убиться, чем сгореть. Сгореть — это страшная смерть. Люди с пятого выпрыгивали насмерть. Наверное, человек восемь выпрыгнули с пятого этажа и убились насмерть. Это ж сталинка, это ж не хрущовка. По пять-шесть метров этаж...
К воротам подъезжает машина скорой помощи и громко, требовательно сигналит.
- Правда нужна для того, чтобы эти жертвы, чтобы эти люди, что погибли... я их знал, в лицо и по именам – чтобы они не были напрасны. Чтобы это не кануло в Лету. Чтобы это была прививка от фашизма, у нас в Одессе. Потому что в Одессе никогда не было фашизма. Одесса – это город, где все друг друга уважают, и национальность, и религию любого уважают. Больше двухсот лет существует Одесса, толерантный, светлый, радостный город. А после вот этого, вот этого сожжения... - слезы набегают ему на глаза, сдавливают горло. - ...это... просто убило...
Если я сейчас промолчу — это преступление по отношению к погибшим. Я потом уважать себя не буду никогда. Это ж наши люди, одесситы, которые разделяли нашу позицию... Большинство в городе считает нас героями. Но говорить об этом боятся. Запугали. Вот этими батальонами бандеровскими, что они сюда понагоняли. «Шторм», что они создали батальон. Этот «Киев-1», что они пригнали батальон бандеровцев, сформированный на Евромайдане, тоже здесь уже патрулирует. Вот эти дружины, что они показывают по телевизору, что патрулируют с милицией, это бандеровские дружины из Самообороны Майдана сформированные. Это не одесситы, это не наши люди, понимаете! Милиция у нас... боится тоже их.
- А тех, кто на вас нападал, арестовали?
- Ни одного человека! Наоборот, тех 67 человек, что спаслись на крыше, они тут же арестовали и в Преобораженский отдел милиции. А на следующий день одесситы, многотысячная толпа, никем не собираемая, просто люди возмущенные - пошли с Куликового поля, от этой Хатыни нашей, в ГУВД и освободили их, понимаете. Вот этих, что освободили, опять сейчас разыскивают и арестовывают. Двоих убили из них в эти две ночи. Это уже «Правый сектор». Но как наши волонтеры говорят, большинство удалось вывезти в Крым и в Россию. Наши люди, которые там спаслись, теперь прячутся. СБУ к нам приходила, как к свидетелям пока. Спрашивали, где я был в этот день, что я видел. Но у нас свидетельства очень быстро превращаются в обвинения.
- Вы думаете, что вас могут обвинить?
- Как говорят наши люди, пока лежишь в больнице, тебя опрашивают, а только выписываешься - тут же арестовывают. Даже за то, шо хотя бы я двери разбил туда. Порча государственного имущества — уже есть, за что меня... Говорят: выцепляют, тикайте... А куда тикать? Одна квартира, двое детей, жена... Выйдем и будем жить. Как получится...
Он молчит. И я думаю, наверное, на этом все.
- Наверное, вы уже устали, - говорю ему, чтобы распрощаться.
- Не устал, - говорит он. - Мне просто на душе тяжело. Раньше так себя чувствовал безмятежно... Сейчас не могу спать. Просыпаюсь в три, четыре часа ночи — не могу спать, понимаете! То какая-то истерика начинается у меня, то какая-то... неадекватная реакция. То плакать начинаю, вспоминаю...
- Все закончится, все пройдет, - успокаивает его товарищ.
- Хочется нормально жить, растить детей, сделать из них людей... Не вот это, умирать где-то... – не слушает он. - Журналисты местные даже не приходят к нам! Никто этого не видит. Когда на Майдане погибло столько людей, а может, и меньше, Евросоюз и США раздули тут такое — кровавая власть. А когда заживо сожгли за полтора часа не меньше людей в Одессе! Мирных людей, которые не кидали ни по кому коктейли... то... первая реакция: «Нормально, сожгли террористов! Они сами себя подожгли!» Там такие версии были ужасные, что и сами себя подожгли, что там одни россияне были и приднестровцы-террористы. Шо там был склад оружия у них, шо там... ну бред полный, полный бред!
Час же не пускали спасателей, пожарных, чтоб потушить. Вот эти ультрасы, шо окружили нас, фашисты. Если бы милиция пришла до того, как они на палаточный городок напали, и нас оцепила, мы бы даже не заходили в то здание, понимаете. Мы бы чувствовали себя под защитой, нам бы сделали коридор, мы бы вышли...
- А милицию вы там видели?
- Не-е-ет, вообще-е-е! Это было спланированное убийство! Милиция участвовала в этом убийстве. Милиции дали задание с Киева не-вме-шиваться!
- Это вы так думаете или есть доказательства?
- Ну, есть информация. Даже «Альфе» запрещали. «Альфа» могла спасти много людей, но ей запрещал начальник, потому что ему с Киева пришел приказ ничего не делать. Но некоторые из «Альфы» все-таки люди — сегодня ко мне приходили, ко мне мои товарищи, которых альфовцы спасли. 18 человек они спасли-таки!
- Каким образом?
- А таким, что они ослушались приказа и на двух микроавтобусах приехали к дому профсоюзов. Там были замечены два микроавтобуса и черные люди — это были наши одесские альфовцы. Они три раза возвращались, три по шесть вывели человек.
А еще говорят: где вы видели на украине живых бандеровцев и фашистов? Да вот, вчера они нас сжигали, 2 мая, около пяти тысяч человек пришло. Вы шо не видите? Что же вы говорите, что их нет? Вот они живые по улицам ходят, бандеровцы и фашисты, убивают людей. Простых нормальных одесситов. Женщин и детей.
- Восемь деток погибло, - говорит мужчина с измученным лицом. - По-моему. Восемь, восемь.
- У вас есть подтверждение?
- Вот, вот человек, - тыкает он в своего друга через ворота больницы.
- Я знаю только то, что я видел. Что женщина с девочкой 11-12 лет зашла, и мне сказали, что она, по спискам нашли, она сгорела с девочкой... своей... Чего она туда ее повела? Если б я знал, ребенка захватил бы на руки... У меня дочка... тоже...
Он замолкает, обдирает кожу с обожженных кончиков пальцев.
- В общем...
Делает усилие над собой и продолжает чужим голосом.
- Я иногда приходил на такие митинги с сыном своим, держал его на плечах. Если бы я в этот день тоже пришел с сыном, я бы с сыном там оказался?! Понимаете? Я бы там с сыном остался!
Он замолкает и тихо, беззвучно плачет.
- И то не считают это преступлением. Считают, что так и надо. Многие политики: правильно сделали, в Одессе мы победили... террористов в Одессе... этой акцией!
Но я хочу, чтобы Одесса, вообще весь мир знал правду, чтобы это никогда больше не повторилось. Чтоб мирных людей не сжигали. Можно иметь разные мнения на устройство Украины, на ее будущее. Но убивать людей, сжигать живьем — это страшно... Я... испытал это на себе.
Реальное количество жертв люди с нашего движения подсчитывали. Где-то насчитали около 116 человек. Вспоминали, кто был, кто мог быть, звонили родственникам погибших, спрашивали, может, они знают, кто еще погиб.
Похороны эти дни шли по всей Одессе. На 16-й станции, даже в Доме офицеров отставного подполковника хоронили. Все одесситы погибли. Вот это правда.
Правда в том, что жертв больше ста человек. Это первая правда.
Правда, что сжигали, убивали специально, что это была акция, а не случайный поджог.
Правда то, что никакого газа не было. Кроме угарного от пожара.
Правда то, что добивали. Правда, что это делали фашисты.
И правда, что все были одесситы, мирные люди.
Никакого оружия там не было внутри…

P.S.
- Но ведь на Греческой стреляли с вашей стороны, - напоминаю я перед тем, как уйти.
- Я не знаю, что там было на Греческой. Я там не участвовал. Двести человек, которые туда пришли, это радикалы как бы наши. Может, там какое-то оружие и было с нашей стороны. Один из них был рядом с этим боцманом, про которого говорят, что он стрелял. Вот он говорит: мы начали стрелять после того, как начали в нас стрелять.
- А откуда у них оружие?
- Ну было там пару единиц... у них был один Калашников и один УЗИ, у боцмана был калаш, у второго был узи. Но это...
- А где он взял?
- Ну он не говорит где. Скорей всего, какой-то бизнесмен дал денег, где-то там приобрели на черном рынке. Но никаких складов, ничего. Еще какой-то парень стоял с пистолетом.
И вот когда эти 200 человек подходили к Греческой, то эти ультрас не мирным шествием шли, а уже баррикады построили на Греческой, на Дерибасовской. Была уже выбита брусчатка, в кучах сложена. Они уже ждали. И это говорит о том, что это не мирное шествие было за единство Украины. А это уже была готовая спланированная акция.
И когда начали бросать этими камнями, а потом огнестрельное оружие использовать, тогда уже наши начали тоже использовать. Это я говорю со слов своего товарища, но он, я думаю, врать не будет.
- И он был в доме профсоюзов с вами?
- Да, его «Альфа» вывезла. И «Альфа» их не просто вывезла, она вывозила и тут же их отпускала, потому что это ж был неофициальный вывоз.
- Если у этого парня был УЗИ на Греческой, получается он пришел в дом профсоюзов с автоматом.
- Я не знаю. Я не знаю, куда он его дел. Я ему говорю: вы ж его уничтожьте, он говорит: уже уничтожил.
- Получается, он с автоматом оттуда вышел.
- Я не знаю....."
http://expert.ru/2014/05/.../?1

21.05.2014 andrey_che пишет:
Сообщить модератору
Ссылка на это сообщение
 

09:15 Denik пишет:"... Не сильно я и ошибся с ПЗРК. ТПК - польского изготовления. Скорее всего трофей в российско - грузинской войне. Но Пусковой механизм 9П516 советского или российского производства, с номером 0000 )...."

- Если не ошибаюсь, ПЗРК "Стрела" и "Игла" Советского/Российского производства поставлялись в пол-сотни стран по всему Миру...

P.S.:
- Говорят, даже Афганские моджахеды использовали ПЗРК польского производства против Советской 40-й армии....
А помогло им достать это оружие в Польше... ЦРУ....

P.P.S.:

- Вы тут представляете точку зрения Украинского Министерства обороны...?:

"....Украинское Министерство обороны опубликовало фотографии польского ПЗРК «Гром», якобы конфискованного у российских журналистов, захваченных СБУ в Краматорске...."
http://warfiles.ru/...

21.05.2014 Антипов Владимир пишет:
Сообщить модератору
Ссылка на это сообщение
 

Да эта история с ПЗРК шита белыми нитками.
низкопробная фальшивка.

21.05.2014 andrey_che пишет:
Сообщить модератору
Ссылка на это сообщение
 

- А, может быть, в Киев ПЗРК Польского производства привёз лично М. Саакашвили...?

"... Сегодня со сцены Майдана в 21:00 выступил экс-президент Грузии Михаил Саакашвили, который прибыл в Киев..."
http://rss.novostimira.com/n_6017643.html

"... Снайперы, что стреляли в людей на Майдане - бывшие спецназовцы экс-президента Грузии Михаила Саакашвили...."
http://www.unn.com.ua/ru/...

- Ведь поляки поставляли это оружие Грузии....:

"... Министерство иностранных дел Польши признало: в 2007 году Варшава продала Тбилиси около 30 переносных зенитных ракетных комплексов (ПЗРК) "Гром Е2" и 100 ракет к ним...."
http://www.rg.ru/2008/11/06/orujie.html


21.05.2014 Kiborg пишет:
Сообщить модератору
Ссылка на это сообщение
 

Наименование формируемой пилотажной группы на Як-130 - "Крылья Тавриды".

21.05.2014 andrey_che пишет:
Сообщить модератору
Ссылка на это сообщение
 

"... Лидер движения "Юго-Восток" и народный депутат Олег Царев сообщил ..... что в ночь на 21 мая его дом в Днепропетровске сожгли. Царев сообщает, что в два часа ночи к его дому на автобусах подъехали вооруженные люди и забросали дом "коктейлями Молотова". Царев утверждает, что нападающие вели себя уверенно.

То, как сжигали дом, неизвестные снимали на камеру, возможно, по его мнению, для того, чтобы отчитаться за проделанную работу.

"Жена и дети уехали из Днепропетровска раньше, мама только на прошлой неделе, поэтому никто не пострадал", — уточняет Олег Царев...."
http://ria.ru/world/20140521/1008659984.html#ixzz32KiQJRDI

21.05.2014 andrey_che пишет:
Сообщить модератору
Ссылка на это сообщение
 

P.P.S.:
- Вообще-то стараюсь "яростно защищать" от проЖектов весьма сомнительной направленности, ну типа ССЖ-о, Авиапром России....

- В качестве партнёра, Богуслаев гораздо более сговорчивый партнёр, нежели еврочиновники из Парижа...

21.05.2014 Seerndv пишет:
Сообщить модератору
Ссылка на это сообщение
 

> - В качестве партнёра, Богуслаев гораздо более сговорчивый партнёр, нежели еврочиновники из Парижа...

Гитлер тоже поставлял до войны в СССР оборудование, образцы вооружений и.т.д.

21.05.2014 andrey_che пишет:
Сообщить модератору
Ссылка на это сообщение
 

12:29 Seerndv пишет:"... Гитлер тоже поставлял до войны в СССР оборудование, образцы вооружений и.т.д...."

"До войны" в СССР поставляли "оборудование, образцы вооружений и.т.д." и США и Франция ....

Просто, как мне кажется, нынешним "эффективным менеджерам" до сталинских наркомов в профессиональном плане "как до Луны раком".... Гы-гы-гы...

21.05.2014 Gerasimov пишет:
Сообщить модератору
Ссылка на это сообщение
 

Во истину, дипломатия это искусство возможного;

- не попасть в спираль идеологических санкций,
- оформить новый альянс.
- остановить гражданскую войну
- начать формирование новых субъектов права

Посмотрим сколько будет в сухом остатке в активе, а сколько в пассиве пока всё правильно, как по канонам.

Ответить в тему:



Авиапорт.Конференции

Агентство «АвиаПорт» является разработчиком программного обеспечения, позволяющего зарегистрированным пользователям сайта общаться друг с другом. Все сообщения отражают собственное мнение их авторов, и агентство не несет ответственность за достоверность и законность информации, публикуемой пользователями на страницах раздела.